Михаи́л Серге́евич Ма́ндриков (псевдоним Сергей Евстафьевич Безруков), родился 5 ноября 1888, в местечке Горы, Чаусский уезд, Могилевская губерния — член Всероссийского Учредительного собрания, участник установления Советской власти на Чукотке.
Отец – Сергей Иванович, мать – Ольга Фёдоровна – белорусские крестьяне. Семья Сергея Ивановича была большая – 8 человек, из них – 5 сыновей, одна дочь. Хозяйство было небольшое, жили бедно.
В 1900 г. окончил в Горах трехлетнее народное училище, учился в ремесленном училище. В 1904 г. вступает в Горецкую революционную организацию, основанную А. М. Салымским.
За участие в демонстрации трудящихся Горок, разогнанной полицией с применением оружия , Мандриков был исключен из училища (1905г.). Однако через несколько месяцев его снова приняли в училище, которое он окончил в 1907 году. Далее сохранилось немного фактов из его биографии. Известно, что с осени 1907 работал слесарем на вагоноремонтном заводе в Петербурге; в 1909—1910 гг. в Екатеринославле — на железной дороге помощником весового мастера; в 1910—1913 гг. служил на Балтийском флоте на миноносце «Громовой» матросом, позже кочегаром, а с сентября 1911 г. на крейсере «Олег» подручным машиниста.
В 1914 году был рабочим Франко-Русского завода в Петрограде, арестован за участие в забастовке. Бежал из-под стражи, нелегально приехал в Белоруссию к родителям, оттуда выехал на дальний Восток, где жили старшие братья Тимофей и Фёдор.
Михаил жил отдельно, поступил работать на судоремонтный завод и вместе с рабочим Александром Семёновичем Кузьминым из города Ковно собирает единомышленников с целью создать Владивостокскую социал-демократическую организацию.
Поэтому не случайно, что в первые же часы контрреволюционного переворота во Владивостоке, осуществлённого белочехами, Мандриков был арестован и посажен в концентрационный лагерь. Однако ему вскоре удалось бежать из лагеря и продолжить работать нелегально. В селе Александровском его снова арестовывают и сажают в тюрьму, из которой менее чем через год (летом 1919) он снова бежит.
По заданию Владивостокского комитета партии большевиков вместе с коммунистом – латышом Августом Мартыновичем Берзинем Мандриков направляется на нелегальную работу в Петропавловск-на-Камчатке и далее в Анадырь на Чукотку под именем Сергея Евстафьевича Безрукова.
Обстановка на Крайнем Севере была ужасная. На Чукотке, занимавшей территорию почти в 750 тыс. кв. км., было всего два фельдшерских пункта, куда врач наведывался один раз в год .Туберкулёз, проказа, трахома, венерические болезни выкашивали целые стойбища.
Эпидемия оспы унесла четвёртую часть чукчей и эскимосов!
Средняя продолжительность жизни на Крайнем Севере составляла всего…26 лет.
Особенно высокой была детская смертность, из ста младенцев умирали семьдесят.
По переписи 1909 года в России проживало всего 1099 эскимосов.
Среди них не было ни одного грамотного.
Из 11795 чукчей грамотными считали себя только… четыре человека!
Действительно, до установления советской власти на Чукотке практически не было грамотных людей.
Старую Чукотку неспроста называли краем белого безмолвия.
К началу ХХ века на территории Чукотки насчитывалось не более 20 селений. Вся остальная территория была занята кочевьями оленеводов, численность которых составляла примерно 600 – 650 стойбищ.
Летом 1919 года в Анадырь на пароходе «Томск» прибыли представители двух органов власти: Верховного правителя Сибири адмирала А.В. Колчака – официально, и власти Советов – инкогнито.
Представители А.В. Колчака были: управляющий Анадырским уездом Громов, секретарь Толстихин, мировой судья Суздалев, начальник колчаковской милиции Струков и несколько милиционеров.
Член РКП ( б )- Михаил Сергеевич Мандриков, прибывший под фамилией Безруков, и Август Мартынович Берзин, прибывший под фамилией Хавеозан. Но так как его фамилию выговорить - особенно местному населению – было трудно, поэтому вскоре его начали называть Хван.
В Анадыре Мандриков начал работать заведующим складом, а Берзинь – сторожем в уездном управлении. Затем он устроился на работу в колчаковскую милицию, чтобы изнутри вести агитационную работу среди милиционеров и тем самым облегчить проведение переворота.
Не теряя даром времени, они приступили к организации подпольной группы для подготовки установления на Чукотке власти Советов.
К декабрю такая группа была создана.
В канун переворота все участники организации были разделены на боевые тройки.
Мандриков, Берзинь и Гринчук вошли тройку, которая должна была арестовать уездное управление.
И в ночь с 15 на 16 декабря Мандриков поднял восстание, арестовав представителей власти Колчака и подняв над зданием уездного управления красный флаг.
В ту же ночь был создан Первый революционный комитет Чукотки.
В него вошли: председатель, белорус М.С. Мандриков, секретарь – местный учитель, чуванец Михаил Куркутский, заместитель секретаря – рабочий, литовец Булат, комиссар народной охраны – латыш А.М. Берзинь, комиссар радиостанции – радиотелеграфист, русский Василий Титов.
В первые же дни Ревком принял решение о национализации товаров и ценностей наиболее крупных предпринимателей, действовавших на Чукотке, освободил население от долгов купцам, объявил рыбалки народным достоянием, создал комиссию, которая произвела расценку продовольственных товаров.
…Ревком увеличил жалованье учителям и служащим радиостанции, отдал Продовольственный дом под аптеку, выделил для амбулатории посуду и продукты и принял целый ряд других жизненно важных для населения решений.
Следственная комиссия Ревкома приговорила представителей бывшей власти – начальника управления Громова, секретаря Толстихина и судью Суздалева - к расстрелу.
Начальника милиции Суздалева было решено не расстреливать, так как он, якобы, поступил на службу в милицию только ради того, чтобы не быть мобилизованным в армию Колчака.
В живых было решено оставить так же бывшего начальника радиостанции Увчатова, бывшего начальника снабжения Соколова и других.
Первый ревком Чукотки — это и два местных жителя, чуванцы — охотник Николай Кулиновский и учитель Михаил Куркутский, Александр Булатов, сын крестьянина-бедняка со Смоленщины, ставший секретарем Анадырского Совета и ревкома. «Керосиновый человек», слесарь-механик, моторист катера Игнатий Фесенко, знавший всех и все вокруг, был единственным, кто по причине своих радикальных взглядов вышел из состава ревкома, но остался там работать и сполна разделил с товарищами их судьбу.
Было решено А.Берзиня вместе с группой послать на дальние стойбища для агитационной работы. С отъездом Берзиня расстановка сил в Анадыре изменилась. Его добровольные помощники-милиционеры — охотники, рыбаки — частью ушли на пушной промысел, частью подались на подледный лов. Складывался удачный момент для антисоветчиков, колчаковцев. Они распускали слухи среди местного населения: всех вас ревкомовцы собираются расстрелять. А тем временем заговорщики вооружались.
Мандриков слишком поздно почуял неладное. 31 января 1920 года ревком принял решение о сдаче нарезного оружия. Секретарь Александр Булатов переписал его на плотную бумагу и, как обычно, пошел расклеивать. Наклеил у дома Тренева. От него — к дому Бесекерского, где и настигла его первая пуля заговорщиков.
Стрелял колчаковец Струков. Это был сигнал к мятежу. Стреляли по дому ревкома, где в тот час собрались все ревкомовцы. Выстрелом в окно был смертельно ранен Титов — он пришел сообщить Мандрикову, что в Москву, Ленину, отправлена телеграмма о положении в Анадыре.
Ревкомовцы оказались в западне. Фесенко, Галицкий, Арене предложили открыть ответный огонь, Мандриков решил вступить в переговоры, выиграть время. Видимо, не хотел подвергать опасности находившихся в доме нескольких женщин и чукчей, приехавших из тундры. Один за другим ревкомовцы вышли на крыльцо. Первым Мандриков, за ним Галицкий, Кулиновский, Арене, Бучек, Гринчук. Заговорщики вдруг открыли огонь, и Гринчук, распорядитель продовольственных складов, замертво рухнул на снег. В доме остался один Игнатий Фесенко. Упрямый апостол, «керосиновый человек» и здесь остался верен себе — застрелился. А ведь все время предупреждал, настаивал, чтобы арестовали самых подозрительных, отобрали бы у кого надо личное оружие.
Вечером 2 февраля в затихшем поселке со стороны речки Казачки снова прозвучали ружейные выстрелы. Это арестованных ревкомовцев расстреляли по дороге из штаба в тюрьму. Тела их пролежали на льду трое суток.
7 февраля на подходе к городу колчаковцы подстерегли нарты Берзиня и Мальсагова. На следующий день их тоже расстреляли. Уже мертвому, комиссару продолжали наносить раны. Особенно старались бывший начальник милиции Струков и американский резидент в Анадыре Рудольф Рули.
Через несколько дней анадырцы втайне сложили тела ревкомовцев в яму из-под соленой рыбы, засыпали снегом, а в конце весны — мерзлой землей.
Сорок пять дней существовал первый ревком Чукотки. За это короткое время он успел заложить прочный фундамент новой жизни народов суровой земли.
Дело павших продолжил Марковский Совет во главе с чуванцем Федором Дьячковым. Его посланцы проникли в самые отдаленные стойбища, помогая их обитателям организовать народную власть.
Летом 1920 года из Маркова в Анадырь для восстановления в округе советской власти отправился вооруженный отряд во главе с бывшим балтийским матросом, участником штурма Зимнего В. М. Чекмаревым и членом первого ревкома Чукотки М. П. Куркутским. Главари контрреволюционного переворота успели на шхуне Свенсона бежать в США. Остальные виновники убийства ревкомовцев были арестованы.
На могиле ревкомовцев был установлен временный скромный памятник. И только почти через полвека их тела торжественно перезахоронили. Над братской могилой героев революции в Анадыре был установлен памятник-мемориал. Впереди Мандриков, за ним тесной сплоченной группой его соратники, исполненные веры в правое дело. Люди из легенды идут в вечность…
В сентябре 1969 прах Мандрикова был торжественно перезахоронен на кладбище села Тавайваам — на высоком берегу Анадырского залива. Во время перезахоронения было установлено, что все ревкомовцы были убиты выстрелами в спину.
Память
- В Анадыре (Ново-Мариинске) в дни празднования 50-летия со дня образования Чукотского автономного округа (1980) на месте могилы Мандрикова был открыт мемориальный комплекс (скульптор В. Н. Королев): в центре фигура М. Мандрикова, отлитая из чугуна, а рядом, на бетонной плите, фигуры его сподвижников и вечный огонь.
- Именем М. С. Мандрикова названа улица в с. Горы Горецкого района, установлен бюст.
- В музее Горецкой средней школы ему посвящена экспозиция.
- Мандриков является героем романа Ю. Рытхэу «Конец вечной мерзлоты» (Москва. 1977. 415 с.).
- В г. Анадырь именем Мандрикова названа улица, установлен памятник.
- Улица в посёлке Красноармейский Чукотского автономного округа[9].
- В Чукотском автономном округе его имя присвоено рабочему поселку золотоискателей (Билибинский район, ныне поселок нежилой) и совхозу, судну ледокольного типа, ряду улиц в населенных пунктах.
раскрыть » / « свернуть